Главная | Библейский курс | Литература | Контакты |

Тема дня

Включить проигрыватель

Радио прямой линк

Этот сайт порекомендовать другу

В чём наша надежда

 

Двадцатый век был для России веком испытаний. Революции, войны, голод, тоталитарный произвол, распад огромного государства, разгул преступности, коррупция... За что это все нам? Или, может быть, для чего? Невозможно дать ответ исключительно на языке политики или экономики.

На исходе столетия появилась надежда, что смена политического строя в России сулит процветание. Однако реформы затянулись и принесли нам новые беды. Может, не только в этом дело? Но в чем тогда? Нам с малых лет внушали, что если изменить производственные отношения, улучшится качество труда, если изменить условия жизни — изменится и сам человек. Было принято считать, что все беды исходят не от человека, а от плохих условий, в которые он помещен. В материалистической, атеистической идеологии выросло три поколения. А почти все те, кто мог сказать что-то другое, прошли мясорубку репрессий или были изгнаны из страны.

Тем не менее в конце ушедшего века раздаются единичные голоса людей совсем иной культуры, иных представлений. Таких, как академик Андрей Сахаров, осознавший разрушительную бездуховность технократической цивилизации. Таких, как священник Александр Мень, чья жизнь и смерть стали свидетельством о Христе как о единственном источнике жизни. Эти люди говорили о необходимости покаяния за свое прошлое. И в этом видели надежду и будущее. Но их голоса не были услышаны. Их заглушили волны внешнего обновления: радостное возвращение забытых культурных ценностей, забытых церковных праздников, бурная свобода прессы, громкие разоблачения «чужих» грехов.

Много говорили о кошмарах прошлого, но ни слова о своей собственной — исторической, родовой, а то и личной — причастности к ним. Ведь произвол и репрессии — это только видимый знак того мрака, который проникал тогда в сердца людей, располагая нас к безверию, цинизму и эгоистичности. Мрака, который и поныне еще не изгнан до конца из наших душ. Свет проникает в душу через покаяние, и нет для света другого пути. А мы до сих пор избегаем покаяния. Горделиво считаем себя Святой Русью, а беды, навалившиеся на нашу родину, объявляем знаком особого пути — и утешаемся этим. Мы сравниваем себя с праведным Иовом, которого испытывал Бог, хотя иногда честнее было бы сравнение с Ионой, пытавшимся ускользнуть от исполнения Божьей воли, или даже с Каином, убившим своего брата.

Были люди, которые призывали да и теперь призывают нас к покаянию, видя в этом единственную надежду для нас, но мы их не слышим. В девяностых годах с проповедью о покаянии выступал у нас Билли Грэм, на встречи с которым собирались порою сотни тысяч человек. Тысячи каялись. Но миллионы остались в стороне. Большинство рассуждало примерно так: чему может научить нас, народ с тысячелетней историей, человек, речь которого наполовину состоит из цитат Священного Писания? Мы и сами с усами, сами читать умеем. Осталось главное: научиться применять прочитанное к собственной жизни. Чего мы ждем, знамений с неба?.. Но не слишком ли суровы будут эти знамения? Не разумнее ли проснуться к подлинной жизни как можно раньше?

Вот что сказал когда-то Христос о таких ожидающих: «С кем сравню людей рода сего? и кому они подобны? Они подобны детям, которые сидят на улице, кличут друг друга и говорят: “мы играли вам на свирели, и вы не плясали; мы пели вам плачевные песни, и вы не плакали”. Ибо пришел Иоанн Креститель: ни хлеба не ест, ни вина не пьет; и говорите: “в нем бес”. Пришел Сын Человеческий: ест и пьет; и говорите: “вот человек, который любит есть и пить вино, друг мытарям и грешникам”. И оправдана премудрость всеми чадами ее» (Лк. 7:31–35).

Хватит тешить себя мыслями о своей исключительности. Есть закон: за грехами следует наказание, а за покаянием — исправление. Необходимо наконец вспомнить о стержне духовности, которому наши предки обязаны лучшими своими достижениями. Нужно признать, что наши проблемы лежат именно в духовной области. Без покаяния обсуждать любые другие стороны жизни нет смысла, большого эффекта от этого не будет. Это единственное средство для того, чтобы начать исправлять нашу непростую ситуацию. Там, где другие пути не приводят к намеченной цели, покаяние достигает своей — привлекает милость и помощь Божью для исправления ошибок, для движения к лучшему. Иоанн Богослов так описывает этот закон: «Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправды» (1 Ин. 1:9).

Покаяние общества — это осознание нашей общей причастности к истории своей родины и причастности каждого в отдельности. Это отвращение от пагубных идей и стереотипов, которые мы унаследовали. Кстати, один из этих стереотипов — в том, что вера в Бога является чем-то внутренним, глубоко интимным, и не более того. Под гнетом атеистических преследований мы забыли, что веру необходимо исповедовать и словом, и делом. Покаяние общества складывается из личных покаяний и дел.

Вместе с тем, как бы ни вело себя большинство, для каждого человека открыт путь личного покаяния и личного примирения с Творцом. Есть проблемы общества, и каждый из нас вовлечен в них. Но человека волнует прежде всего его личная судьба. Спаситель обращается сначала к личности, предлагая спасение, а затем уже к обществу.

Покаяние вызывает перемену в нас: изменяется образ мыслей, образ жизни. Без покаяния, без обращения к Богу мы не в состоянии изменить себя, даже прилагая массу усилий. Помочь нам может только Бог. Мы не можем изменить нашего прошлого, но потащим мы его в свое будущее или нет, зависит от нас.

Христос пришел в этот мир, чтобы мы узнали: для Создателя важно, как мы живем, как мы себя ведем, во что верим, и Ему небезразлично, умрем мы или нет… Он пришел к людям, чтобы проявить милость и прощение, освободить нас, отягощенных грехом. Надежда для нашего общества и для каждого из нас есть, потому что открыт путь покаяния.

«назад